Кевин Флетчер — всемирно признанный видеооператор и фотограф. Его художественные фотопроекты, а также независимые полнометражные фильмы такие, как например, «Самоотверженный» и короткометражные фильмы «Вскрытие» и «Руководство» были показаны в крупнейших мировых галереях и кинофестивалях. Многие его фильмы и фотографии получили высшие оценки критиков и множество наград, в том числе за лучшую операторскую работу.
![](https://assets.photar.ru/2020/09/6a5e6857-e140-4156-b544-b5d5398e9aa7_result.jpg)
Его отмеченные наградами коммерческие проекты включают работу для таких клиентов, как Netflix, Audi, Stella Artois, Nike, Old Spice и Adidas, и это лишь некоторые из немногих для кого Кевин Флетчер создает контент. А фотосерия «Coupe du Monde», стала одной из множеств его работ, что была выбрана финалистом премии LensCulture Street Photography 2019 года. Он снял известный комедийный фильм под названием «Мазафакер», а сейчас работает над серией фотографий с рабочим названием «Coverage» — проектом, который расскажет о его работе как создателя видео и фотоконтента.
В сегодняшнем интервью Кевин Флетчер поделится с нами своим успехом, а также расскажет о своем фотопроекте «Аллея роз» про улицы Портленда, ради которого, кинематографист стал фотографом и вышел на улицу для реализации своей идеи в фотографии. Создание проекта продлилось ровно год и как назвал его в дальнейшем сам Кевин Флетчер, фотопроект «Аллея роз» или как его прозвали в сети «Улицы Портленда» — это любовное письмо для сложного и родного города.
Как было указано ранее, профессиональный оператор Кевин Флетчер в течение года проработал в роли фотографа, чтобы задокументировать Портленд и его «82-ю авеню роз» в штате Орегон (до 2005 года известную как 82-я авеню, когда она была переименована в связи с прозвищем Портленд, Город Роз). Официально это государственная магистраль, построенная в основном для перевозки товаров и грузов, улица превратилась в своего рода социально-политическую линию. Это одна из самых длинных улиц в городе, тянущаяся по всей восточной стороне до пригородов на юге. А сейчас в самый разгар более чем двух месяцев подряд протестов Black Lives Matter и социальной несправедливости, последовавших за убийством Джорджа Флойда полицией, этот проект как некстати показывает каким был город до начавшихся беспорядков.
![](https://assets.photar.ru/2020/09/bb555e61-e140-414f-8686-36ef39377ce0_result.jpg)
В течение многих лет Флетчер держал свои фотографии при себе. «Аллея роз» вдохновила его на дальнейшее творческое развитие, используя свой кинематографический опыт для создания неотразимых и потрясающих неподвижных изображений. В этом интервью Флетчер поделиться своим отношением к городу. Расскажет о том, как он открывает улицы с помощью своей камеры и о том, как его работа над этим проектом изменила его взгляд на родной город и восприятие жизни в целом.
«Когда я начал свой фотопроект, я почувствовал расстояние между мной и моим городом — как будто между мной и другими людьми был вбит клин, и мне не нравилось это чувство … И я не думаю, что был один — Многие люди в стране чувствовали это», — говорит Флетчер о своем стремлении заново открыть для себя свое окружение. «Улица, которую часто высмеивают, а некоторые даже считают некрасивой, не славится своей непринужденностью и гостеприимством, но, тем не менее это необходимая и функциональная часть города», — объясняет он. «Как и многие фотографы до меня, меня привлекают возвышенная красота и истории, которые существуют в подобных местах; места настолько нормальные, такие повседневные и такие банальные, что мы склонны их не замечать».
Ваша фотосерия действительно показывает любовь и уважение к городу, месту в котором вы выросли. В этих работах можно наблюдать то, как вы были очарованы 82-й авеню и другими подобными местами в Портленде. Когда-то вы сказали: «В каждом городе мира есть «Аллея роз»- место, изображающее многослойные отношения людей с их искусственной средой и городскими пейзажами. Место, отражающее социально-экономические слои большого города, и место, которое говорит не только об изоляции и лишении гражданских прав, но также говорит о том, как сообщества объединяются в этих сложных реалиях». Расскажите, как появился ваш проект?
Кевин Флетчер: Я рад, что вы почувствовали то же что и я сам, когда создавал эту серию работ. 82-я авеню вызывает разнообразные и интересные эмоциональные отклики у портлендцев. По сути, это странно и интересно, как улица может иметь такую ауру. Я начал этот проект, потому что хотел расти как рассказчик. Большая часть моей анимационной работы носила коммерческий характер, что мне нравилось, но я хотел сделать что-то более повествовательное, что казалось мне более значимым. Меня часто просят поговорить с группами (обычно со студентами) о кинематографии, и я всегда говорю, что если у вас есть фотоаппарат или телефон, то у вас есть средства, чтобы быть рассказчиком; снимать фильм или снимать классные фотографии или даже покадровую анимацию. Точно так же я говорю им, чтобы они выбирали проект, который является достижимым и находящимся в пределах их возможностей, и не ставят перед собой ненужные препятствия. Не пытайтесь снять фильм за 100 миллионов долларов, если у вас есть только iPhone.
Так что, по сути, на этот раз я последовал собственному совету и посвятил себя проекту «82-й авеню» в течение года, погрузившись только в фотографию со своей камерой. Меня давно интересовал этот район — он представляет исчезающий Портленд, социально-политическую линию, и, поскольку я так много путешествую, мне кажется, что я вижу похожую улицу в каждом городе. Я сказал себе, что даю для реализации этого проекта ровно год, чтобы по-настоящему к нему приобщиться. А теперь он завершен и задокументирован.
Что касается того, с чем я ушел, для меня было важно сделать что-то на местном уровне, что-то, что меня волнует. Есть что-то в более широкой культуре этой области — чувство разделения между людьми. В смысле, 82-я авеню не так уж далеко от моего дома. Но кажется, что теперь мы более разделены, чем раньше, и я хотел прорваться через это. И мои работы помогли это сделать.
Чему за год улица научила вас и что вы узнали о вашем городе?
Портленд — отличный город. И мой проект подтвердил мне те причины, по которым я живу здесь. Это город, который очень старается принять всех, приспособиться и улучшить жизнь несмотря на то, что города и городская среда чрезвычайно сложны и разнообразны. Не говоря уже о том, что у всех разные представления о том, какие аспекты требуют внимания и улучшения, так как же город пытается исправить все для всех? Я понял, что в Портленде общего больше, чем различий. В общем, мы все хотим того же от нашего города: таких вещей, как безопасность, хорошие школы, достойные рабочие места, эффективные системы, такие как общественный транспорт и утилизация отходов, общественные места и уважительное взаимодействие.
![](https://assets.photar.ru/2020/09/9bad23a9-417b-4992-9dad-05d217165930_result.jpg)
Как вам удалось установить контакт со своими подопечными, моделями, если их так можно назвать? Каков был ваш подход к «Авеню роз»?
С самого первого дня я был уверен, что не собираюсь прятаться, воровать или хитрить в создании изображений. Другими словами, я знал, что буду много работать там, поэтому, если кто-то снова увидит меня на той улице, я хочу, чтобы они знали, кто я, и доверяли мне — возможно, даже говорили со мной — мне понравилось человеческое взаимодействие вовремя создания проекта. «Я портлендец, и ты — портлендец»: у нас есть кое-что общее. Я держал камеру в руке и смотрел прямо ей в глаза. Я улыбнулся, кивнул или поздоровался. Я дал людям свое имя, номер телефона и сайт. Все мы просто люди в окружающей среде — люди в Портленде. Я часто возвращался к людям, которых встречал, с отпечатками, которые я сделал, или останавливался и здоровался с ними, вручал им фотографии. У меня было любимое заведение, в котором я часто останавливался на обед. Я много снимал, и я понял – это мой город.
![](https://assets.photar.ru/2020/09/f52f9506-a810-4308-b58e-1de274f16444_result.jpg)
Вы когда-нибудь делали откровенные снимки, в которых вас как фотографа не было?
У меня никогда не было желания не быть там где я оказался. Я хотел быть портлендером, присутствующим в Портленде вместе с другими портлендцами. Конечно, есть кадры, где я не присутствовал «активно», например, широкие архитектурные кадры, или когда люди находятся далеко и неузнаваемы, или когда я смотрю на здания с тротуара. Но и я не скрывался. Был парад, а в августе прошлого года произошел большой пожар, в результате которого сгорело несколько зданий на 82-м (самый старый боксерский зал в Портленде, который я сфотографировал неделей ранее). На улице были толпы людей и средств массовой информации, которые наблюдали и документировали пожар, и в тех случаях я делал фотографии, которые больше походили на репортаж о событии, и, тем не менее, эти изображения все же помогли рассказать историю Авеню. Конечно, когда я сближался с людьми и фотографировал их, я был с ними очень честен — спрашивал разрешения, описывал проект, называл свое имя. Это привело к ряду замечательных взаимодействий и бесед с людьми. Однако, все же многие люди отказались фотографироваться.
Портленд сильно изменился за последние 20 лет и продолжает меняться с точки зрения джентрификации и «благоустройства» городов. Чего вы добиваетесь, чтобы ваши изображения раскрывали сложность этих проблем — и сам Портленд?
Думаю, было интересно разобраться во всей сложности. Технически 82-я по-прежнему является государственной автомагистралью, построенной для перевозки товаров и грузов, и находится в нижнем списке приоритетных улучшений с точки зрения общественной безопасности и пешеходной доступности. В Википедии говорится, что «пять перекрестков на 82-м перекрестке входят в 5% самых опасных перекрестков в Орегоне». В настоящее время предпринимаются усилия по переносу юрисдикции в город Портленд в надежде, что это поможет, но это очень оживленная улица, и решения по ее улучшению не просты. На самом деле у меня есть фотографии нескольких несчастных случаев.
Дело в том, что люди очень стараются. Но это очень трудно. И многое из этого работает; в настоящее время ведутся работы по капитальному ремонту школьных зданий, есть общественные центры и парки. Группы активно борются с торговлей людьми в целях сексуальной эксплуатации, от которых страдает этот район. Есть ежегодный парад (многие портландцы не знают о параде роз на 82-й авеню). Существует прекрасная этническая культура питания. Фактически, это один из самых разнообразных районов Портленда, который не очень разнообразен. Например, прошлым летом открылся новый азиатский продуктовый магазин Shun Fat Supermarket.
Итак, это стремление и улучшение происходит, но также и в разгар отчаяния; такие районы, как 82-я улица и Малден, 82-я улица и Флавел — ну, я эмоционально думаю об этом — это трудно увидеть. Я просто хотел передать ощущение этого города и то, что мы все, кто тут живет переживаем. Я думаю этот фотопроект будет еще более интересным в будущем, не так ли? В нем запечатлено место в определенное время и эпоху — автомобили, одежда и свет.
![](https://assets.photar.ru/2020/09/014ab000-c9bd-474c-81f3-f51057791a32_result.jpg)
Мне понравилось смотреть вашу кинематографию, и я хотел бы узнать больше о том, что вас вдохновляет и как влияет кинопроизводство на вашу работу.
Как оператор-постановщик (DP), я много работаю, чтобы научиться рассказывать истории. И это также относится к тому, когда я фотографирую. Я все время думаю об истории. И кинематография, и фотография являются актами интуиции, но на съемочной площадке вам нужно заранее знать, что вы делаете, куда направляется свет и т.д. Я научился чувствовать, когда у места есть история.
Примером может служить кадр из серии: пустой стул с костровой ямой и сапогами. 82-я авеню проходит над Джонсон-Крик. Во время прогулок я почувствовал что-то интересное в этой эстакаде и несколько раз фотографировал там, но фотографии не рассказывали интересную историю — они были клише и не отражали ничего уникального. Умом я все думал, что фото — история — будет под эстакадой. Когда я вернулся в третий раз, я увидел эту сцену, смотрящую не под эстакаду, а в противоположную сторону. Кто-то недавно там сидел. Стул, сапоги. А эти сапоги — они как что-то из 1930-х годов. Все только что появилось. Если бы я вернулся сейчас, все было бы по-другому. Это такое временное место, дыра в прошлое.
Что касается влияния и вдохновения, я естественным образом воспользовался своим кинематографическим образованием. У меня есть много тех, кто мне нравится, тех кто меня вдохновляют, как кинематографиста, такие люди, как Брэдфорд Янг, Роджер Дикинс, Харрис Савидес, Грейг Фрейзер и многие другие. Но я также увлечен фотосъемкой. Посмотрите на повествование, интенсивность и красоту в таких произведениях, как «Минуты до полуночи» Трента Парка. Поговорите о том, как передать настроение места.
![](https://assets.photar.ru/2020/09/789a4095-05af-4272-be5b-49ce4904b63d_result.jpg)
Чего вы пытаетесь добиться своими работами, вы хотите, чтобы ваши изображения рассказывали о самом Портленде – как о месте, где не так давно стоял радикальный вопрос, заключавшийся в том, чтобы просто потребовать улучшения тротуаров?
Я хочу, чтобы они что город большой и что каждый район нуждается в развитии, а не только избранные. Я думаю, что нам часто нужны простые решения, но городская среда и проживание в непосредственной близости с разнообразным населением — это непросто, и это нормально. Возможно, нам следует принять эту сложность, одновременно пытаясь улучшить жизнь друг друга.
Ваши изображения обладают всей энергией и повествованием, присущими кино. Вы к этому стремитесь или это происходит естественным образом благодаря вашему кинематографическому опыту?
Когда вы говорите «Кино», о чем вы думаете? Что для вас кинематографичного в кадре?
Я думаю об истории — каждый ваш кадр рассказывает историю, и вы упомянули, что повествование является важной частью вашего кинематографического опыта. Ваши изображения также обладают особым качеством света и насыщенностью цветов.
Да, именно, история важна. Когда я планирую съемки в качестве продюсера, я много разговариваю с режиссером и художником-постановщиком о настроении и тоне, и у нас есть четкое направление. Я думаю, что теперь я по своей сути ищу изображения со слоями повествования, и это даже не всегда осознано. Точно так же я думаю, что у меня есть склонность создавать «образ» для каждой истории, над которой я работаю. Также есть кинематографические приемы, например, атмосфера. В фильмах можно создать атмосферу и туман. В уличной фотографии вам нужно найти туман. В моих работах вы можете увидеть это в действии.
Было около 5:30 утра. Солнце создавало окружающий свет, балансирующий с огнями знаков. Что касается композиции, мне понравилось то место, где я стоял со знаком остановки в верхнем левом углу, а затем фигуры появились в чудесном месте под неоновыми огнями мотеля, и это было здорово. Но затем в сцене появились автомобильные огни в качестве контрового света, и я знал, что снимок меняется от отличного к действительно отличному. По-настоящему кинематографические ощущения придают автомобильные фары. Кроме того, в кинематографии вы непросто снимаете один кадр, но у вас есть охват, поэтому есть широкие постановочные кадры, средние, крупные планы и подробные снимки, которые объединяются для создания сцен. Мне как фотографу — это действительно интересно.
![](https://assets.photar.ru/2020/09/b6b654ec-4299-43eb-b9f3-2e5fd90a7fa4_result.jpg)
Есть ли у вас какие-то конкретные истории о работе над проектом — моменты общения с людьми, с которыми вы встречались, или интересные переживания при создании изображений?
Я встретил так много интересных людей и имел много, много уникальных взаимодействий. В некоторых ранних черновиках проектов я писал об одном моменте:
Сумерки. Небо Портленда лишено нюансов. Оно окрашено в тот же серый цвет, что и тротуар, но без текстуры. Знак 7-Eleven справа от меня такой яркий, что я его слышу. Ко мне идет мужчина, неся два ведра, оба белые. Встречи на тротуаре немногочисленны и редки, но автобусная остановка находится поблизости, поэтому на этом углу больше пешеходов, чем на большинстве других. Он подходит прямо ко мне, но идет шатко.
«Ведра тяжелые», — первое, что он говорит. Я вижу напряжение в его челюстях. Он спрашивает, может ли он одолжить мой телефон, чтобы позвонить Джо. Я говорю ему, что наберу номер. «В последнее время жизнь была тяжелой», — говорит он мне, но также говорит, что пытается поступать правильно. Набранный мной номер звонит — отвечает Джо. Я передаю свой телефон мужчине с ведрами. Он говорит Джо, что едет, но на автобус ему не хватает. Он опоздает. Когда звонок завершен, мужчина цитирует Шекспира: «Роза под любым другим именем …»
Я не понимаю, что он пытается мне сказать. Может, он хочет дать мне понять, что я не должен его сбрасывать со счетов. Может, он говорит об улице. Прошу сфотографировать его. Он говорит «да» и чувствует себя комфортно, но не смотрит в камеру — это снимок в профиль. Я не знаю, что было в ведрах, но мне жаль, что я не посмотрел. Я даю мужчине деньги на автобус и иду прочь по Аллее роз.
![](https://assets.photar.ru/2020/09/477550e6-f5e1-4a99-a6bf-7651e257d541_result.jpg)
Горе и надежда одновременно, вот что я вижу в работах после вашего рассказа. И, как вы уже сказали, это место одновременно и стремление, и отчаяние. Что стоит за людьми, изображенными с баллоном с пропаном?
Я был в странном месте в проекте. Как я уже упоминал, я сказал себе, что буду придерживаться этого в течение года, но через пару месяцев все пошло не очень хорошо. Изображения были очень формальными и полностью эстетичными, но недостаточно о людях и человечности. Было очень раннее утро — где-то 5:30 утра, и издалека я видел свет от пропанового пожара под эстакадой I-84. Мужчины грелись в лагере для бездомных под автострадой. Я серьезно подумал, стоит ли к ним подойти — наверное, был некоторый страх.
Но я также знал, что если я хочу сделать изображения, которые говорят о 82-м и Портленде, то это была та сцена, которую я должен был изображать. Я подошел к ним и спросил, можно ли сфотографировать. Было некоторое напряжение; Не знаю — возможно, они думали, что я полицейский — возможно, я проявлял нервозность. Они сказали, что мне нужно поговорить с «мэром» лагеря, который находился в палатке прямо у костра пропана. Мэр вышел из своей палатки и дал мне разрешение. Он действительно расспрашивал меня, почему я фотографирую, но я назвал ему свое имя (которое он написал в небольшой книге) и описал проект и мое желание передать смысл жизни 82-го. Думаю, он мог сказать, что я нервничаю, но он начал мне доверять, и напряжение спало.
![](https://assets.photar.ru/2020/09/10b4f4e3-7c4d-45d4-9841-b9f36acba63f_result.jpg)
Затем он сел у огня, вытащил пачку стодолларовых банкнот и пересчитал их передо мной. Я сфотографировал группу, а потом захотел сделать его портрет. У него было три татуировки в виде слезы на лице, которые он повернул ко мне, чтобы я могла их отчетливо видеть. Это взаимодействие изменило проект. Я подтвердил свою приверженность тому факту, что я не буду скрывать, что я буду честным и настоящим. Через несколько недель я вернулся с отпечатком для него. Вскоре после этого город очистил территорию и засыпал ее валунами, чтобы предотвратить появление лагерей для бездомных, и мне больше никогда не удавалось найти этих людей.
Кевин Флетчер занял первое место с этими работами не только в 2019 году, но и конкурсе LensCulture Street Photography Awards 2020.
![](https://assets.photar.ru/2020/09/f1cf4c72-cd2d-46ac-83a2-4bbd9c29582c_result.jpg)
![](https://assets.photar.ru/2020/09/c8c2820a-bab0-4d28-95d2-df0c4f2bab3b_result.jpg)
![](https://assets.photar.ru/2020/09/35340cc4-833f-4a0b-8ea0-207df5d8ec55_result.jpg)
![](https://assets.photar.ru/2020/09/93f4eeeb-0325-494d-9f0f-ecceb3ab362f_result.jpg)
![](https://assets.photar.ru/2020/09/86f56d6c-e2f4-455c-b31f-f0529b077282_result.jpg)
![](https://assets.photar.ru/2020/09/1b8b161a-5a70-4d96-98a7-7e04af465d1c_result.jpg)
Следите за новостями в наших социальных сетях:
Вконтакте, Facebook, Instagram, Telegram и YouTube